КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 апреля 2025 г. N 1088-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ГОЛОВНИНА РОМАНА ИГОРЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ СТАТЬИ 151 И ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ 1101
ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Р.И. Головнина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Р.И. Головнин, иск которого о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, незаконным содержанием под стражей, ненадлежащими условиями содержания под стражей и наступлением вреда здоровью, удовлетворен частично, оспаривает конституционность части второй статьи 151 "Компенсация морального вреда" и пункта 2 статьи 1101 "Способ и размер компенсации морального вреда" ГК Российской Федерации.
По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют Конституции Российской Федерации, поскольку они позволяют суду значительно снижать взыскиваемую в пользу реабилитированного лица сумму компенсации морального вреда, вопреки доказанным в судебном заседании обстоятельствам и отсутствию доказательств, подтверждающих необходимость снижения заявленной реабилитированным лицом суммы.
Кроме того, Р.И. Головнин просит признать неконституционными вынесенные по конкретному делу судебные постановления и письмо сотрудника аппарата Верховного Суда Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что сами по себе положения статьи 151 ГК Российской Федерации, предусматривающие возможность взыскания денежной компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий), причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, направлены на защиту прав граждан и не могут рассматриваться в качестве нарушающих какие-либо конституционные права и свободы (определения от 3 июля 2008 года N 734-О-П, от 18 июля 2019 года N 1963-О, от 24 октября 2019 года N 2800-О, от 28 сентября 2023 года N 2507-О и др.).
Использование в пункте 2 статьи 1101 ГК Российской Федерации таких оценочных понятий, как "разумность" и "справедливость", в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы и не приводит к какому-либо неравенству при ее применении. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может расцениваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2003 года N 404-О, от 24 сентября 2012 года N 1567-О, от 18 июля 2019 года N 1963-О, от 28 сентября 2023 года N 2507-О и др.).
При этом Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" дополнительно разъяснил судам, что моральный вред, причиненный в результате незаконного уголовного преследования, может заключаться, в частности, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации в указанных случаях судам надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).
Таким образом, оспариваемые нормы с учетом приведенных разъяснений не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права Р.И. Головнина в обозначенном в жалобе аспекте.
Оценка же обоснованности размера компенсации, взысканной в конкретном деле заявителя, а также проверка конституционности судебных постановлений и письма сотрудника аппарата Верховного Суда Российской Федерации не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Головнина Романа Игоревича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН