[неофициальный перевод]
Ростовцев против Украины
(Rostovtsev v. Ukraine)
(N 2728/16)
По материалам Постановления
Европейского Суда по правам человека
от 25 июля 2017 года
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
Заявитель, который не пользовался услугами адвоката в ходе судебного разбирательства, был осужден за незаконное приобретение и хранение наркотических средств, преступление, предусмотренное частью 2 статьи 309 Уголовного кодекса, и был приговорен к лишению свободы. Он пытался обжаловать приговор на том основании, что ему следовало предъявить обвинение в менее тяжком преступлении, "нарушение установленных правил оборота наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров", предусмотренном статьей 320 Уголовного кодекса. Однако ему было отказано в праве обжалования, когда апелляционный суд отметил, что, поскольку заявитель признал обстоятельства совершения преступления в суде, в соответствии с частью 2 статьи 394 Уголовно-процессуального кодекса он не мог обжаловать приговор.
В конвенционном разбирательстве заявитель утверждал, ссылаясь на статью 2 Протокола N 7 к Конвенции, на то, что он был лишен права обжалования и, в частности, оспаривания правовой квалификации действий, в совершении которых он признался.
ВОПРОСЫ ПРАВА
По поводу соблюдения статьи 2 Протокола N 7 к Конвенции. Не оспаривалось, что в принципе заявитель имел право на пересмотр дела по его жалобе и что он не мог это сделать, поскольку признал обстоятельства, на которых основывалось предъявленное ему обвинение, таким образом, согласился на упрощенную форму разбирательства. Однако, хотя признание заявителя могло составлять отказ от некоторых его процессуальных прав, также не оспаривалось, что любой подобный отказ не охватывал право на обжалование по причинам правовой квалификации его действий. Именно такими и были основания его жалобы. Соответственно, нельзя утверждать, что заявитель отказался от своего права на обжалование < 1 > .
< 1 > Часть вторая статьи 394 Уголовно-процессуального кодекса предусматривает: "Судебное решение суда первой инстанции не может быть обжаловано в апелляционном порядке по основаниям возражения обстоятельств, которые никем не оспаривались в ходе судебного разбирательства и исследования которых были признаны судом нецелесообразными в соответствии с положениями части третьей статьи 349 настоящего Кодекса".
Апелляционный суд прямо сослался на правовую квалификацию действий заявителя как на одно из оснований, по которым решение не подлежало обжалованию, и его заключения были одобрены Высшим специализированным судом по рассмотрению гражданских и уголовных дел (далее - HSC). Однако эта позиция прямо противоречила толкованию властями государства-ответчика применимых внутригосударственных правовых норм и прецедентной практике HSC, процитированной властями Украины, согласно которой понятие "обстоятельства", использованное в соответствующем внутригосударственном разбирательстве, распространялось только на фактические обстоятельства дела и не включало их уголовно-правовую квалификацию. Кроме того, сам HSC со ссылкой на настоящую жалобу, находящуюся на рассмотрении Европейского Суда, напомнил в циркулярном письме нижестоящим судам, что признание фактических обстоятельств в суде не лишает подсудимого права обжаловать приговор по причинам неправильного применения материального права. Следовательно, нельзя было утверждать, что заявитель должен был предвидеть, что, признавая факты, установленные судом в ходе разбирательства, он отказывается от возможности обжалования своего обвинительного приговора, если он считал правовую квалификацию его действий неправильной.
Соответственно, толкование соответствующих внутригосударственных правовых норм, принятое судами страны в деле заявителя, не было "предсказуемым", и, принимая его, суды Украины нарушили само существо его права на обжалование.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу допущено нарушение требований статьи 2 Протокола N 7 к Конвенции (принято единогласно).
КОМПЕНСАЦИЯ
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Установление факта нарушения являлось бы достаточной справедливой компенсацией морального вреда, возобновление разбирательства в принципе составляло бы наиболее целесообразную форму возмещения, доступную в законодательстве Украины.