КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2025 г. N 2011-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
Х. НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОДПУНКТОМ 6
ПУНКТА 1 СТАТЬИ 127 СЕМЕЙНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
И ПУНКТОМ 6 ПЕРЕЧНЯ ЗАБОЛЕВАНИЙ, ПРИ НАЛИЧИИ КОТОРЫХ ЛИЦО
НЕ МОЖЕТ УСЫНОВИТЬ (УДОЧЕРИТЬ) РЕБЕНКА, ПРИНЯТЬ ЕГО
ПОД ОПЕКУ (ПОПЕЧИТЕЛЬСТВО), ВЗЯТЬ В ПРИЕМНУЮ
ИЛИ ПАТРОНАТНУЮ СЕМЬЮ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Х. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Х. оспаривает конституционность подпункта 6 пункта 1 статьи 127 "Лица, имеющие право быть усыновителями" Семейного кодекса Российской Федерации и пункта 6 Перечня заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить (удочерить) ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную или патронатную семью (утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2013 года N 117), в соответствии с которым к таким заболеваниям относятся заболевания и травмы, приведшие к инвалидности I группы.
Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, отказано в удовлетворении административного искового заявления
Х., направленного на признание незаконными заключений о невозможности временной передачи несовершеннолетнего ребенка (П.) в семью и о невозможности быть усыновителем или опекуном (попечителем) П. Суды указали на наличие у Х. заболевания, приведшего к инвалидности I группы.
Суды сослались и на отсутствие привязанности П. к заявителю и сложившихся семейных отношений между ними. Суд апелляционной инстанции также отметил, что иной несовершеннолетний ребенок отказался от попечительства
Х. Оставляя названные судебные акты без изменения, кассационный суд общей юрисдикции подчеркнул, что родственница П. навещает его в учреждении социального обслуживания.
По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 19 (части 1 и 2), 38 (части 1 и 2), 45, 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им в системе действующего правового регулирования правоприменительной практикой, они не позволяют передать ребенка под опеку или попечительство гражданина, имеющего заболевание, приведшее к инвалидности I группы.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что подпунктом 6 пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации установлено ограничение, в целом оправданное с точки зрения принципа равенства и вытекающих из него критериев разумности, необходимости и соразмерности (Постановление от 20 июня 2018 года N 25-П).
Особая ответственность за сохранение жизни и здоровья несовершеннолетних, а также за их воспитание в условиях, обеспечивающих полноценное психическое, духовное, нравственное и физическое развитие, лежит на их родителях, опекунах и попечителях. Соответственно, установление ограничений права на назначение опекуном (попечителем) ребенка отвечает международным обязательствам Российской Федерации и согласуется с закрепленными Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" целями государственной политики в интересах детей, включая осуществление предусмотренных Конституцией Российской Федерации прав детей, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий их прав и законных интересов, формирование правовых основ гарантий прав ребенка, содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей и защиту от факторов, негативно влияющих на их развитие (пункт 1 статьи 4) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2017 года N 619-О).
Соответственно, сами по себе оспариваемые положения не могут рассматриваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя.
Кроме того, вопреки предписанию пункта 3 статьи 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными материалами не подтверждается исчерпание Х. внутригосударственных средств судебной защиты.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Х., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН