КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2025 г. N 2067-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
Ф. НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ
СТАТЬИ 26 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ
ТАЙНЕ" И ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 67 ГРАЖДАНСКОГО
ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Ф. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Ф. оспаривает конституционность части второй статьи 26 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5485-1 "О государственной тайне", предусматривающей, что соответствующие органы государственной власти и их должностные лица основываются на подготовленных в установленном порядке экспертных заключениях об отнесении незаконно распространенных сведений к сведениям, составляющим государственную тайну.
Заявитель также оспаривает конституционность части первой статьи 67 ГПК Российской Федерации, в соответствии с которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились вышестоящие суды, Ф. отказано в удовлетворении требований, в частности о признании незаконным заключения прокуратуры об отнесении к секретным сведениям и о нерассекречивании информации, за ненадлежащее хранение которой в 2015 году ему был прекращен допуск к государственной тайне. Суды указали, что вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции от 24 февраля 2016 года по спору между теми же сторонами установлен имеющий преюдициальное значение факт создания заявителем условий для разглашения сведений, составляющих государственную тайну. Суды также пришли к выводу о правомочности прокуратуры в определении спорной информации в качестве секретных сведений.
По мнению Ф., оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 7, 18, 19 и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку часть вторая статьи 26 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" позволяет принимать произвольные решения о засекречивании информации, о прекращении допуска к государственной тайне и об увольнении со службы, а часть первая статьи 67 ГПК Российской Федерации допускает игнорирование судами представляемых истцом доказательств и уклонение от оценки обоснованности решений, принятых ответчиком, как полагает заявитель, с нарушением правовых актов Президента Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Закон Российской Федерации "О государственной тайне", регулирующий отношения, связанные с отнесением сведений к государственной тайне, их засекречиванием или рассекречиванием и защитой государственной тайны в интересах обеспечения безопасности Российской Федерации (статья 1), определяет государственную тайну как защищаемые государством сведения, распространение которых может нанести ущерб безопасности Российской Федерации (абзац второй статьи 2).
С учетом такого значения сведений, составляющих государственную тайну, указанный Закон Российской Федерации закрепляет право принимать решения о засекречивании информации, находящейся в собственности предприятий, учреждений, организаций и граждан, определяет порядок отнесения сведений к государственной тайне и порядок засекречивания сведений и их носителей, возлагая обоснование необходимости отнесения сведений к государственной тайне на органы государственной власти, предприятия, учреждения и организации, которыми получены (разработаны) эти сведения (статьи 9 - 11). Кроме того, применительно к ответственности, которую несут должностные лица и граждане, виновные в нарушении законодательства Российской Федерации о государственной тайне, данный Закон Российской Федерации также предусматривает, что соответствующие органы государственной власти и их должностные лица основываются на подготовленных в установленном порядке экспертных заключениях об отнесении незаконно распространенных сведений к сведениям, составляющим государственную тайну (часть вторая статьи 26).
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что режим секретности сведений, составляющих государственную тайну, направлен на ее сохранение, не предполагает свободного доступа к таким сведениям каждого гражданина, а потому лишение права доступа к таким сведениям - при наличии обстоятельств, создающих угрозу для их защиты, - не может рассматриваться как неоправданное ограничение прав и свобод человека и гражданина. Уполномоченные органы и должностные лица, принимая решение о прекращении допуска того или иного лица к государственной тайне, и суды при оценке правомерности такого решения должны учитывать все обстоятельства, наличие которых позволяет сделать вывод об имеющейся угрозе безопасности государства и о необходимости защиты сведений, составляющих государственную тайну. Решение о прекращении допуска к государственной тайне, не являющееся мерой ответственности, а выступающее в качестве меры обеспечения режима секретности сведений, составляющих государственную тайну, может применяться с учетом его объективной обоснованности, направленности на конституционно значимые цели и соразмерности этим целям (определения от 28 января 2016 года N 62-О, от 24 февраля 2022 года N 450-О, от 27 февраля 2024 года N 532-О и др.).
Оспариваемая заявителем норма Закона Российской Федерации "О государственной тайне", действующая в системе приведенного регулирования, не предполагает принятия произвольных решений по вопросу отнесения сведений к государственной тайне, их засекречивания и рассекречивания, а также по вопросу о прекращении допуска к государственной тайне. Следовательно, она не нарушает конституционных прав Ф. в указанном в жалобе аспекте.
В свою очередь, закрепленное в статье 67 ГПК Российской Федерации дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия, следует из принципов судейского руководства процессом и самостоятельности судебной власти. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-I "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, по смыслу которых судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела. Гарантией же соблюдения судом указанных требований являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений судами вышестоящих инстанций и основания для их отмены или изменения.
Таким образом, часть первая статьи 67 ГПК Российской Федерации, рассматриваемая во взаимосвязи с иными положениями этого Кодекса, также не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права Ф. в указанном им аспекте.
Заявитель, как следует из его обращения, оспаривая конституционность данных законоположений, выражает несогласие с выводами судов, касающимися установления и оценки фактических обстоятельств его дела. Однако исследование и оценка таких обстоятельств к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотренным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ф., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН