КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 декабря 2025 г. N 3227-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
НИКИТИНА ВАДИМА ВАСИЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЕЙ 10 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.В. Никитина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Приговором районного суда (с учетом изменений, внесенных в него апелляционным определением) гражданин В.В. Никитин осужден за совершение преступлений, в том числе за преступление, квалифицированное по части третьей статьи 226.1 УК Российской Федерации как контрабанда, т.е. незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС организованной группой стратегически важных товаров (лесоматериалов) в крупном размере. Судебные решения оставлены без изменения кассационным определением кассационного суда общей юрисдикции. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационных жалоб (в которых указывалось, что в судебных решениях не конкретизировано нарушение норм таможенного законодательства, действовавших на момент совершения инкриминируемых деяний) для рассмотрения в суде кассационной инстанции.
Заявитель просит признать не соответствующей статьям 15 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации статью 10 "Обратная сила уголовного закона" УК Российской Федерации, утверждая, что она не содержит запрета на придание обратной силы уголовному закону, ухудшающему положение лица за счет наполнения бланкетных признаков состава преступления нормативными предписаниями, которые приняты уже после совершения инкриминируемого деяния, допускает возникновение правовой неопределенности, приводящей к произвольному применению уголовного закона, не обеспечивает распространение конституционного запрета обратной силы на все нормативные предписания, входящие в содержание уголовного-правового запрета и определяющие преступность и наказуемость деяния.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Положения статьи 54 Конституции Российской Федерации, устанавливающие правила действия закона во времени и принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), конкретизируются в отраслевом законодательстве (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года N 23-П).
Так, федеральный законодатель в статье 9 УК Российской Федерации предусмотрел, что преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, которым признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий, а также конкретизировал в статье 10 того же Кодекса правила обратной силы уголовного закона, согласно которым уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость (часть первая), а если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом (часть вторая).
Тем самым приведенное регулирование направлено на исключение возможности привлечения граждан к ответственности за те деяния, которые уголовным законом на момент их совершения не были запрещены под угрозой наказания и, следовательно, не могли быть признаны преступными, что согласуется с предписаниями статьи 54 Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 года N 248-О и от 30 сентября 2025 года N 2565-О), и потому не может расцениваться в качестве нарушающего права заявителя обозначенным в его жалобе образом.
Утверждая о том, что часть нормативного регулирования, за нарушение которого он был привлечен к уголовной ответственности, была введена уже после совершения инкриминированных ему деяний, В.В. Никитин, по существу, ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о проверке правильности выбора норм, подлежащих применению, а также правомерности конкретных судебных решений по его уголовному делу с учетом его фактических обстоятельств, что, однако, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Никитина Вадима Васильевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН