КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 декабря 2025 г. N 3246-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА БЕЛЯКА
ПАВЛА ВАСИЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПУНКТОМ "Д" ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 104.1 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина П.В. Беляка к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Статья 104.1 УК Российской Федерации определяет конфискацию имущества как принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора перечисленного в ней имущества, включая транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 данного Кодекса (пункт "д" части первой).
Как следует из представленных материалов, приговором районного суда (оставленным без изменения апелляционным постановлением областного суда и кассационным постановлением кассационного суда общей юрисдикции) в совершении 27 ноября 2023 года преступления, предусмотренного частью первой статьи 264.1 "Управление транспортным средством в состоянии опьянения лицом, подвергнутым административному наказанию или имеющим судимость" УК Российской Федерации, признан виновным гражданин З.; также постановлено конфисковать автомобиль, ранее выданный гражданину П.В. Беляку. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции жалобы П.В. Беляка. Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации согласился с судебными решениями, в которых установлено, что автомобиль П.В. Беляку не передавался по договору купли-продажи от 24 ноября 2023 года и оставался в собственности З.
В связи с этим П.В. Беляк утверждает, что пункт "д" части первой статьи 104.1 УК Российской Федерации не соответствует статьям 17 (часть 1), 18 и 35 (части 1 - 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой допускает произвольную конфискацию автомобиля, принадлежащего на праве собственности гражданину, не являющемуся подозреваемым или обвиняемым (подсудимым, осужденным) по уголовному делу, не обязывая применять установленный механизм проверки действительности договора купли-продажи транспортного средства, его расторжения и (или) признания недействительным, возлагая тем самым на такое лицо материальную ответственность за противоправные действия иного лица, привлекаемого к уголовной ответственности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации возложение на обвиняемого (осужденного) обязанности претерпеть дополнительные (по отношению к наказанию) правоограничения в виде конфискации транспортного средства - в контексте действующего уголовного законодательства - является в том числе специальной превентивной мерой уголовно-правового характера. Конфискация транспортного средства, применяемая в целях защиты конституционно значимых ценностей, призвана среди прочего обеспечить предупреждение совершения новых преступлений, предусмотренных статьей 264.1, 264.2 или 264.3 УК Российской Федерации, в том числе лицами, привлеченными к уголовной ответственности, лишая их принадлежащих им на праве собственности средств совершения этих преступлений. Такая мера соразмерна общественной опасности деяния, носит оправданный и объективно обоснованный характер, направлена на обеспечение общественной безопасности, предупреждение новых преступлений и не предполагает ее произвольного применения (Постановление от 30 мая 2025 года N 25-П; определения от 25 июня 2024 года N 1498-О, от 29 октября 2024 года N 2958-О и др.).
Дополнительно в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 УК Российской Федерации, подлежит конфискации при условии, что оно принадлежит обвиняемому, т.е. находится в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов (пункт 3.1); факт принадлежности обвиняемому транспортного средства относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств (показаний свидетелей, документов, подтверждающих приобретение имущества, и др.); исходя из положений пункта 1 статьи 223 ГК Российской Федерации право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства, а не с момента государственной регистрации уполномоченным органом, если иное не предусмотрено законом или договором; в тех случаях, когда представленные обвиняемым сведения об отчуждении транспортного средства, использованного при совершении такого преступления, опровергаются исследованными материалами дела (протоколами осмотра и выемки транспортного средства по месту его хранения обвиняемым, показаниями свидетелей или документами, указывающими на отсутствие факта передачи денежных средств обвиняемому и (или) передачи самого транспортного средства другому участнику договора, и т.п.) и судом будет установлено, что транспортное средство продолжает принадлежать обвиняемому, оно также подлежит конфискации (пункт 3.2).
Таким образом, пункт "д" части первой статьи 104.1 УК Российской Федерации подлежит применению во взаимосвязи с положениями гражданского законодательства, регламентирующими право собственности (в том числе его приобретение и прекращение), и с условием обязательной доказанности в установленном уголовно-процессуальном порядке соответствующих фактических обстоятельств, а потому не может расцениваться как нарушающий конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Беляка Павла Васильевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН