КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 декабря 2025 г. N 3250-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА ФАЛЬКО
ДЕНИСА АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
СТАТЬЕЙ 226.1 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
ПУНКТОМ 2 ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 140 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЧАСТЬЮ 4 СТАТЬИ 245
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ТАМОЖЕННОМ РЕГУЛИРОВАНИИ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ОТДЕЛЬНЫЕ
ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Д.А. Фалько к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в удовлетворении доводов жалобы гражданина Д.А. Фалько о пересмотре вынесенных в его отношении судебных решений, согласно которым он осужден за два эпизода контрабанды - незаконного перемещения через таможенную границу стратегически важных ресурсов (пиломатериалов) в крупном размере и за один эпизод покушения на такую контрабанду, т.е. за совершение преступлений, квалифицированных по части первой статьи 226.1 УК Российской Федерации, а также преступления, предусмотренного частью третьей статьи 30 и тем же положением статьи 226.1 указанного Кодекса.
При этом суды, отклоняя доводы жалоб стороны защиты, констатировали, что внесение в декларации заведомо ложных сведений о производителе и поставщике лесопродукции (пиломатериалов) образует признак состава названных преступлений, поскольку незаконное перемещение товаров через таможенную границу включает их перемещение с недостоверным таможенным декларированием, т.е. заявлением в декларации заведомо ложных сведений о товарах, в том числе об их производителе, что влияет на дальнейшее применение таможенных процедур.
Д.А. Фалько просит признать не соответствующими статьям 1, 10, 15 (части 1 и 2), 19, 46 (часть 1), 49 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации следующие законоположения:
пункт 2 части первой статьи 140 "Поводы и основание для возбуждения уголовного дела" УПК Российской Федерации, поскольку данная норма допускает возбуждение уголовного дела о контрабанде без предварительного установления уполномоченным таможенным органом в специальной административной процедуре факта нарушения таможенного законодательства;
статью 226.1 УК Российской Федерации, как не содержащую прямого указания на то, что единственным легитимным основанием уголовной ответственности за предусмотренный ею состав преступления является факт нарушения, установленный исключительно таможенным органом в рамках регламентированных Федеральным законом от 3 августа 2018 года N 289-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" процедур;
часть 4 статьи 245 "Учет товаров для проведения таможенного контроля" Федерального закона "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в той мере, в какой данная норма, по утверждению заявителя, не имеет императивного характера для правоприменительных органов при квалификации деяния по статье 226.1 УК Российской Федерации, позволяя игнорировать закрепленный в ней специальный состязательный порядок и препятствуя участникам внешнеэкономической деятельности с точностью предвидеть, каким органом и в каком порядке будет устанавливаться инкриминируемый факт нарушения таможенного законодательства.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
По смыслу статьи 54 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 2 и статьи 3 УК Российской Федерации, частей первой и второй статьи 1, статей 24, 27 и 73 УПК Российской Федерации, нормы уголовного закона служат материально-правовой предпосылкой для уголовно-процессуальной деятельности: подозрение или обвинение в совершении преступления должны основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, подлежит установлению только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2013 года N 24-П и от 7 марта 2017 года N 5-П).
Статья 226.1 УК Российской Федерации, устанавливающая в части первой уголовную ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Евразийского экономического союза (далее также - Союз) либо Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами Союза, в частности, стратегически важных товаров и ресурсов в крупном размере, является бланкетной. Содержащееся в ней указание на незаконный характер деяний в сфере оборота тех или иных предметов означает, что юридической предпосылкой ее применения выступает несоблюдение действующих в этой сфере правил (притом что основанием уголовной ответственности, в силу статьи 8 данного Кодекса, служит наличие в содеянном всех признаков состава преступления). В связи с этим разрешение вопроса о наличии признаков состава запрещенного ею преступления предполагает выявление нарушения, посягающего на охраняемые законом таможенные отношения, правил трансграничного перемещения товаров и ресурсов, отнесенных к числу названных в этой статье предметов контрабанды, каковые правила устанавливаются положениями не только законов и находящихся в нормативном единстве с ними подзаконных актов, но и международных договоров России (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 22-П и от 19 февраля 2025 года N 8-П).
Так, Таможенный кодекс Евразийского экономического союза определяет понятие "незаконное перемещение товаров через таможенную границу Союза" как перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 данного Кодекса должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации (подпункт 25 пункта 1 статьи 2). Декларант несет ответственность в соответствии с законодательством государств - членов Союза за неисполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 2 статьи 84 данного Кодекса, за заявление в таможенной декларации недостоверных сведений, за представление таможенному представителю недействительных документов, в том числе поддельных и (или) содержащих заведомо недостоверные (ложные) сведения (пункт 3 той же статьи).
Соответственно, признаки предусмотренного частью первой статьи 226.1 УК Российской Федерации преступления - основанием уголовной ответственности за совершение которого выступает конкретное деяние самого лица, а не факт его выявления таможенными органами - подлежат установлению с учетом требований таможенного законодательства и в предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством порядке.
При этом приведенное положение уголовного закона, являясь нормой материального права, не регулирует уголовно-процессуальные отношения, в том числе связанные с возбуждением уголовного дела, его предварительным расследованием и доказыванием по нему, равно как и оспариваемое положение Федерального закона "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".
В свою очередь, пункт 2 части первой статьи 140 УПК Российской Федерации лишь закрепляет явку с повинной в качестве повода для возбуждения уголовного дела. При этом федеральный законодатель, не предусмотрев в данной статье особенности возбуждения уголовных дел о контрабанде, не вышел за пределы своих дискреционных полномочий, учитывая, что производство по таким делам не предполагает каких-либо изъятий из установленного порядка расследования, доказывания и рассмотрения в суде.
Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих права заявителя в обозначенном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Фалько Дениса Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН