КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 декабря 2025 г. N 3448-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
АНТИПОВОЙ ЛЮДМИЛЫ АЛЕКСАНДРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ РЯДОМ НОРМ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ 3 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ПОДРАЗДЕЛ 3 РАЗДЕЛА I ЧАСТИ ПЕРВОЙ
ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ", РАЗДЕЛАМИ 2.2
И 2.3 ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ ПРИВАТИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ
И МУНИЦИПАЛЬНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
НА 1992 ГОД
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Л.А. Антиповой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с иском к акционерному обществу, гражданину А. и гражданке Л.А. Антиповой, являющимся акционерами этого общества, об истребовании акций трех других акционерных обществ. Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, требования удовлетворены, из чужого незаконного владения акционерного общества в пользу Российской Федерации истребовано имущество в виде акций трех других акционерных обществ.
Кроме того, решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, удовлетворены исковые требования заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, действующего в интересах Российской Федерации, к ряду лиц о признании недействительным (ничтожным) соглашения о прощении долга, солидарном взыскании с ответчиков, в том числе Л.А. Антиповой, в доход Российской Федерации неосновательного обогащения, изъятии в доход Российской Федерации (в счет взыскания неосновательного обогащения) принадлежащих ответчикам - юридическим лицам 100 процентов долей в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью.
Л.А. Антипова оспаривает конституционность абзаца третьего статьи 12 "Способы защиты гражданских прав", пунктов 1 и 5 статьи 214 "Право государственной собственности", статей 301 "Истребование имущества из чужого незаконного владения" и 302 "Истребование имущества от добросовестного приобретателя" ГК Российской Федерации.
По мнению заявительницы, данные законоположения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 8, 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 52, 53, 55 (части 2 и 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой:
допускают принудительное и безвозмездное изъятие в пользу Российской Федерации акций у их владельца, который открыто в течение длительного периода владел этими акциями, на том основании, что приватизация соответствующего предприятия (акционерного общества) была осуществлена с нарушением органами государственной власти установленного порядка приватизации, притом что указанный владелец сам непосредственно не участвовал в процессе приватизации данного предприятия;
допускают признание владельца акций недобросовестным на одном лишь основании, что приватизация соответствующего предприятия (акционерного общества) была осуществлена с нарушением органами государственной власти установленного порядка приватизации, притом что сам владелец непосредственно не участвовал в процессе приватизации;
допускают признание Российской Федерации собственником предприятий и их акций только на основании установленных судом нарушений, допущенными государством (в лице его органов) в процессе приватизации указанного имущества;
возлагают юридическую ответственность за нарушения, допущенные государством в ходе приватизации предприятия (акционерного общества), на владельца акций, который непосредственно не участвовал в процессе его приватизации.
Кроме того, Л.А. Антипова просит признать не соответствующими статьям 1 (часть 1), 2, 8, 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации абзац третий статьи 12, пункт 5 статьи 147.1 "Особенности истребования документарных ценных бумаг от добросовестного приобретателя", пункт 1 статьи 149.4 "Последствия истребования бездокументарных ценных бумаг", пункт 1 статьи 196 "Общий срок исковой давности", пункт 1 статьи 200 "Начало течения срока исковой давности", пункты 1 и 5 статьи 214, часть первую статьи 303 "Расчеты при возврате имущества из незаконного владения", пункт 1 статьи 1107 "Возмещение потерпевшему неполученных доходов" ГК Российской Федерации, а также пункт 2 статьи 3 Федерального закона от 2 июля 2013 года N 142-ФЗ "О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в той мере, в какой они в силу их буквального толкования и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой:
допускают право Российской Федерации в любое время истребовать из чужого незаконного владения акции акционерных обществ, приватизация которых была проведена с нарушением закона, без учета времени, прошедшего с момента приватизации;
допускают взыскание с лиц, из незаконного владения которых были изъяты акции, всех дивидендов, полученных ими от данных акций за весь период владения ими, без учета срока, в который законный владелец предъявил соответствующий виндикационный иск или иск о возврате всего полученного по ценной бумаге;
могут быть применены для урегулирования последствий незаконного владения акциями, если таковое началось до вступления этих норм в силу.
Также Л.А. Антипова просит признать не соответствующими статьям 1 (часть 1), 2, 8, 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 55 (части 2 и 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации разделы 2.2 и 2.3 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год, утвержденной Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11 июня 1992 года N 2980-1 (действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), в той мере, в какой они, устанавливая перечни объектов и предприятий, для которых предусматривались разные механизмы приватизации, не закрепляли порядок отнесения конкретных предприятий к тому или иному перечню и конкретные критерии отнесения предприятий к каждому перечню, допуская широкое усмотрение правоприменителя при решении вопроса о том, требовалось ли решение Правительства Российской Федерации для приватизации конкретного предприятия.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Оспариваемые положения статей 12, 147.1, 149.4, 301 - 303 и 1107 ГК Российской Федерации направлены на обеспечение защиты и восстановление нарушенных прав, а также установление баланса прав и законных интересов участников гражданского оборота. Данные законоположения, рассматриваемые в том числе во взаимосвязи с пунктами 1 и 5 статьи 214 этого же Кодекса о праве государственной собственности и пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 2 июля 2013 года N 142-ФЗ, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права и свободы заявительницы, в делах с участием которой суды пришли к выводу о незаконности получения ответчиками взыскиваемых с них денежных средств, указав, что все аффилированные между собой владельцы активов, изначально полученных от стратегических предприятий, приватизированных с нарушением закона, вне зависимости от процесса преобразования таких активов в последующем и периодов владения конкретным имуществом, были осведомлены об отсутствии основания возникновения у них каких-либо законных прав в отношении соответствующего имущества, в связи с чем они не могут считаться добросовестными, а также установили, принимая во внимание публичный интерес, связанный в том числе с обеспечением обороны страны и безопасности государства, что восстановление контроля Российской Федерации над предприятиями возможно лишь путем передачи в ее собственность акций трех акционерных обществ.
Что касается норм пункта 1 статьи 196 и пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, то, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статьи 195 и 196 названного Кодекса), момента начала течения такого срока (статья 200 названного Кодекса) и последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 25 января 2012 года N 168-О-О, от 26 ноября 2018 года N 2946-О, от 25 апреля 2019 года N 937-О и др.).
2.2. Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год (прекратившая действие в связи с изданием Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года N 2284) в разделах 2.2 и 2.3 определяла объекты и предприятия, приватизация которых осуществлялась только по решению Правительства Российской Федерации либо правительств республик в составе Российской Федерации (в зависимости от вида государственной собственности), а также объекты и предприятия, приватизация которых осуществлялась только по решению Госкомимущества России с учетом мнения отраслевых министерств и ведомств.
Данные положения не содержат какой-либо неопределенности и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суды отклонили доводы о необоснованности отнесения трех акционерных обществ к объектам оборонного производства, указав, что доказательств принятия решения Правительством Российской Федерации о приватизации этих обществ, когда они являлись государственными предприятиями, либо согласования с Правительством Российской Федерации условий их приватизации не представлено.
Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка правильности применения судами норм права с учетом данных обстоятельств к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Антиповой Людмилы Александровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН