КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 февраля 2026 г. N 316-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
КАЗАНЦЕВОЙ НАДЕЖДЫ ВАСИЛЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЯМИ ПЕРВОЙ И ВТОРОЙ.1 СТАТЬИ 58,
ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 80, СТАТЬЯМИ 84 И 86, ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ.2
СТАТЬИ 159, СТАТЬЕЙ 168 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 307
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Н.В. Казанцевой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Приговором районного суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением областного суда и кассационным определением кассационного суда общей юрисдикции) гражданка Н.В. Казанцева осуждена за совершение преступлений. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции жалобы адвоката осужденной, в которой, в частности, приводились доводы о нарушении порядка доказывания по уголовному делу в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела заключения специалиста, подготовленного по инициативе стороны защиты.
В связи с этим Н.В. Казанцева оспаривает конституционность частей первой и второй.1 статьи 58 "Специалист", части третьей статьи 80 "Заключение и показания эксперта и специалиста", статей 84 "Иные документы" и 86 "Собирание доказательств", части второй.2 статьи 159 "Обязательность рассмотрения ходатайства", статьи 168 "Участие специалиста" УПК Российской Федерации, а также части первой статьи 307 "Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод" УК Российской Федерации.
По мнению заявительницы, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 19, 45, 46 (часть 1), 49, 55 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они - как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому им официальным толкованием и сложившейся правоприменительной практикой, - создают правовую неопределенность, препятствуя реализации права стороны защиты на приобщение к делу заключения специалиста, подготовленного по ее инициативе, исследованию его судом с точки зрения достоверности (в том числе ввиду отсутствия предупреждения специалиста об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), а также не позволяя использовать его для обоснования доводов, опровергающих заключение судебной экспертизы, проведенной по постановлению следователя.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет, что доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном данным Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (часть первая статьи 74); в качестве доказательств наряду с прочими допускаются показания свидетеля, заключение и показания эксперта, заключение и показания специалиста, иные документы (часть вторая статьи 74); иные документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в статье 73 данного Кодекса (часть первая статьи 84). Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела (часть первая статьи 88); обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (часть четвертая статьи 302), а неустранимые сомнения в виновности лица, возникающие при оценке доказательств, в силу статьи 49 (часть 3) Конституции Российской Федерации должны истолковываться в пользу обвиняемого.
Согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном данным Кодексом, в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, их допустимости в качестве доказательств, по вопросам права, подлежащим разрешению судом, по проведению схожих с экспертизой исследований, данный Кодекс не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устном виде (что отражается в протоколе судебного заседания), так и в виде заключения (которое приобщается к материалам дела). Заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу, а потому и не равнозначно ему (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 2177-О, от 28 апреля 2022 года N 886-О и от 28 июня 2022 года N 1529-О). Иное приводило бы к подмене процессуальных действий, к отступлению от вытекающего из принципа юридического равенства единого порядка привлечения к участию в деле специалиста, порядка производства судебных экспертиз, проверки и оценки допустимости доказательств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 июня 2025 года N 1834-О).
Этим в числе прочего может быть объяснено отсутствие уголовной ответственности в части первой статьи 307 УК Российской Федерации за заведомо ложное заключение специалиста, притом что как установление порядка уголовно-процессуального доказывания, так и криминализация того или иного деяния, нарушающего такой порядок, относятся к дискреционным полномочиям федерального законодателя.
Что же касается возможности представления стороной защиты заключения специалиста, то часть третья статьи 80 УПК Российской Федерации, определяя заключение специалиста как представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами, во взаимосвязи с иными положениями этого Кодекса, в частности его статьями 58, 74, 86, 168 и 270, не препятствует стороне защиты с опорой на суждения, высказанные привлеченными ею специалистами для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи, приводить суду доводы, опровергающие заключение судебной экспертизы, проведенной по постановлению следователя, обосновывать ходатайства о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 2177-О, от 28 апреля 2022 года N 886-О, от 31 января 2023 года N 6-О, от 26 июня 2025 года N 1804-О и N 1832-О и др.).
На обеспечение гарантий участия в доказывании стороны защиты направлены и другие положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. По смыслу части второй его статьи 159 и части седьмой статьи 234, орган предварительного расследования или суд не вправе отказать подозреваемому или обвиняемому, его защитнику в удовлетворении ходатайства о производстве следственных действий, если обстоятельства, об установлении которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного дела. Согласно прямому предписанию части второй.2 статьи 159 указанного Кодекса лицам, указанным в части второй этой статьи, не может быть отказано в приобщении к материалам уголовного дела доказательств, в том числе заключений специалистов, если обстоятельства, об установлении которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного дела и подтверждаются этими доказательствами. Устанавливая такие правила, уголовно-процессуальный закон исключает возможность произвольного отказа в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, и в приобщении их к материалам уголовного дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2015 года N 678-О, от 27 декабря 2022 года N 3486-О, от 30 мая 2024 года N 1381-О и др.).
Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в обозначенных ею аспектах.
Разрешение же вопросов о доказательственном значении того или иного документа, его отношении к обстоятельствам конкретного уголовного дела, соблюдении порядка его получения сторонами не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Казанцевой Надежды Васильевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН