КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 июня 2025 г. N 1751-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
БОРОВКОВОЙ СВЕТЛАНЫ ВЛАДИМИРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 19 ЧАСТИ 1, ЧАСТЬЮ 1.1
СТАТЬИ 30 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СТРАХОВЫХ ПЕНСИЯХ"
И ПРИЛОЖЕНИЕМ 7 К ДАННОМУ ФЕДЕРАЛЬНОМУ ЗАКОНУ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки С.В. Боровковой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка С.В. Боровкова оспаривает конституционность следующих положений статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях":
пункта 19 части 1, согласно которому страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в организациях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 данной статьи;
части 1, закрепляющей в том числе, что страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 данной статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к данному Федеральному закону.
Кроме того, заявительница оспаривает конституционность приложения 7 к Федеральному закону "О страховых пенсиях", устанавливающего сроки назначения страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 статьи 30 данного Федерального закона.
По мнению С.В. Боровковой, оспариваемые законоположения, примененные в ее деле судами общей юрисдикции, противоречат статьям 2, 8, 15, 17, 18, 19 (части 1 и 2), 45, 46, 55 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они не допускают включение в стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности, периода работы в должности руководителя кружка в доме пионеров, а также позволяют отказывать в назначении досрочной страховой пенсии со дня обращения и возникновения права на указанную пенсию.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, федеральный законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста только с такой работой в конкретной сфере профессиональной деятельности, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда, в частности с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей, и при этом наделяет Правительство Российской Федерации полномочием по утверждению списков работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых страховая пенсия по старости назначается досрочно (пункт 19 части 1 и часть 2 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях").
Следовательно, пункт 19 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" действует во взаимосвязи с другими положениями пенсионного законодательства, в равной мере распространяется на всех граждан и призван обеспечить досрочное назначение пенсий в системе обязательного пенсионного страхования с учетом предусмотренных законом обстоятельств.
Определяя в законе правовые основания назначения пенсий, их размеры, порядок исчисления и выплаты, законодатель вправе, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливать, а также изменять как общие условия назначения пенсий, так и особенности приобретения права на пенсию, включая для некоторых категорий граждан льготные условия назначения страховой пенсии по старости в зависимости от ряда объективно значимых обстоятельств, характеризующих, в частности, трудовую деятельность (специфика условий труда и профессии и т.д.). При этом изменение законодателем ранее установленных условий пенсионного обеспечения, оказывающее неблагоприятное воздействие на правовое положение граждан в указанной сфере, должно осуществляться таким образом, чтобы соблюдался принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства. Данный принцип предполагает сохранение разумной стабильности правового регулирования и недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм, а также предоставление гражданам в случае необходимости возможности - в частности, посредством установления временного регулирования - в течение некоторого переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 29 января 2004 года N 2-П и др.).
Федеральным законом от 3 октября 2018 года N 350-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий" статья 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" была дополнена частью 1.1. Законодатель, не изменяя требований к продолжительности специального страхового стажа для лиц, которым страховая пенсия по старости устанавливалась независимо от возраста, в том числе в связи с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей (пункт 19 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" в первоначальной редакции), закрепил правило, что пенсия им назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к Федеральному закону "О страховых пенсиях", а также предусмотрел постепенное увеличение данного срока с 12 месяцев в 2019 году и на 12 месяцев ежегодно с достижением к 2023 году величины 60 месяцев (абзац четвертый подпункта "а" и подпункт "б" пункта 11 и пункт 15 статьи 7 Федерального закона от 3 октября 2018 года N 350-ФЗ).
Таким образом, был установлен период ожидания возможности реализовать уже возникшее исходя из продолжительности соответствующих видов деятельности право на пенсию по старости. При этом период, когда пенсия по старости им не назначается, по срокам синхронизирован с повышением общеустановленного пенсионного возраста. Для каждого из таких лиц, имеющих необходимый для приобретения права на пенсию специальный страховой стаж, это, по сути, означает увеличение фактического возраста досрочного назначения страховой пенсии по старости в общей сложности на 60 месяцев.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, вводя такое регулирование, законодатель действовал в рамках своей дискреции, учитывая, что демографические, социально-экономические и иные факторы, в связи с которыми было признано необходимым изменение условий пенсионного обеспечения в части повышения пенсионного возраста, относятся в той же степени и к указанным категориям застрахованных лиц (Определение от 2 апреля 2019 года N 854-О).
Следовательно, правовое регулирование, предусмотренное оспариваемыми С.В. Боровковой законоположениями, не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявительницы в указанном в жалобе аспекте. Кроме того, как следует из представленных материалов, у нее сохранилась возможность назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Боровковой Светланы Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН