КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 июня 2025 г. N 1833-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ ЙЫЛМАЗА ЭРОЛА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ "А" ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 104.1
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПУНКТАМИ 1 И 4.1
ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 81 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Турецкой Республики Э.Йылмаза к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Турецкой Республики Э. Йылмаз оспаривает конституционность пункта "а" части первой статьи 104.1 "Конфискация имущества" УК Российской Федерации, пунктов 1 и 4.1 части третьей статьи 81 "Вещественные доказательства" УПК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, Э.Йылмаз обвинялся в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 200.1 "Контрабанда наличных денежных средств и (или) денежных инструментов" УК Российской Федерации. Постановлением районного суда уголовное дело прекращено в связи с применением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, а также конфискованы незаконно перемещенные через таможенную границу денежные средства. Это решение оставлено без изменения апелляционным постановлением городского суда и кассационным постановлением суда общей юрисдикции. Как указал кассационный суд со ссылкой на протокол судебного заседания суда первой инстанции, при рассмотрении ходатайства стороны защиты о прекращении уголовного дела подсудимому было разъяснено помимо прочего, что может быть применена конфискация изъятых денежных средств; с учетом этого разъяснения Э.Йылмаз настаивал на прекращении уголовного дела в связи с применением судебного штрафа. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы стороны защиты для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 1, 2, 19, 35, 55 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они позволили применить конфискацию имеющих легальное происхождение денежных средств без вынесения обвинительного приговора, без установления законного собственника денежных средств и цели перемещения таковых через таможенную границу и без признания подсудимого виновным в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 200.1 УК Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, статья 200.1 УК Российской Федерации во взаимосвязи с положениями Таможенного кодекса Евразийского экономического союза в качестве признака незаконности перемещения через таможенную границу предусматривает способы сокрытия от таможенного контроля наличных денежных средств или денежных инструментов, включая недекларирование или недостоверное декларирование. Устанавливая фактические обстоятельства ввоза наличных денежных средств или денежных инструментов без необходимой декларации, суд в целях справедливого определения уголовно-правовых последствий такого деяния и их индивидуализации не лишен правомочий оценить характер и степень общественной опасности содеянного, о чем могут говорить сведения, которые лицо было обязано задекларировать, в том числе об источнике происхождения наличных денежных средств и денежных инструментов, об их владельцах, об их предполагаемом использовании на территории России. Суд не лишен и возможности учесть причины, побудившие лицо не декларировать наличные денежные средства и денежные инструменты. В зависимости от оценки установленных обстоятельств суд осуществляет индивидуализацию уголовно-правового воздействия, которая хотя и не означает отказа от конфискации имущества, но обеспечивает снижение (смягчение) уголовной ответственности (уголовного наказания) до необходимого и достаточного для достижения задач Уголовного кодекса Российской Федерации минимума (Определение от 19 сентября 2024 года N 2057-О).
Поскольку в решении о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию - каковое решение в силу части четвертой статьи 7 УПК Российской Федерации должно быть законным, обоснованным и мотивированным - констатируется как событие преступления, так и совершение его конкретным лицом, постольку в таком случае прекращение уголовного дела или уголовного преследования допускается лишь при согласии с этим решением лица, в отношении которого оно принимается (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 1531-О, от 19 июля 2016 года N 1613-О, от 30 января 2020 года N 222-О, от 29 октября 2020 года N 2557-О, от 28 сентября 2023 года N 2684-О и др.).
Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что процедура прекращения уголовного дела судом по нереабилитирующему основанию, влекущему конфискацию принадлежащего обвиняемому (подсудимому) орудия или иных средств совершения преступления и тем самым - прекращение права собственности на них, а следовательно, лишение собственника его имущества, с необходимостью предполагает надлежащее информирование обвиняемого (подсудимого) о последствиях принятия такого решения. Это позволит ему осознанно - в рамках гарантий, закрепленных уголовно-процессуальным законом, - определить свою позицию по данному вопросу, равно как и в целом в отношении прекращения уголовного дела. Если же после надлежащих разъяснений обвиняемый (подсудимый) выразит свое несогласие с прекращением его права собственности на указанное имущество, что означает невозможность прекращения уголовного дела, производство по данному делу должно продолжиться в общем порядке (Постановление от 7 марта 2017 года N 5-П).
Не придается иной смысл действующему регулированию и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", согласно которому при прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, не влекущим права на реабилитацию, конфискация имущества применяется в порядке разрешения вопросов о вещественных доказательствах (пункты 1 и 4.1 части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации) и в постановлении, определении о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) суд принимает решение о конфискации только тех предметов, которые признаны вещественными доказательствами и приобщены к делу; прекращение уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим основаниям допускается лишь при условии разъяснения обвиняемому (подсудимому) правовых последствий принятого решения, включая возможную конфискацию имущества, и при отсутствии его возражений против такого прекращения (абзацы первый и второй пункта 13).
Таким образом, оспариваемые нормы, действуя в системе правового регулирования, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в аспекте, обозначенном в его жалобе.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Турецкой Республики Йылмаза Эрола, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН