КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 марта 2025 г. N 752-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА БАРНЫ
ВЛАДИМИРА СТЕПАНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПУНКТОМ 3 СТАТЬИ 11.2 ЗЕМЕЛЬНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЧАСТЬЮ 5 СТАТЬИ 37 ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПОЛОЖЕНИЯМИ
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ
РЕГИСТРАЦИИ НЕДВИЖИМОСТИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.С. Барны к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.С. Барна оспаривает конституционность следующих законоположений:
пункта 3 статьи 11.2 "Образование земельных участков" Земельного кодекса Российской Федерации;
части 5 статьи 37 "Виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства" Градостроительного кодекса Российской Федерации;
пункта 1 части 2 статьи 14 "Основания государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав", пункта 3 части 1 статьи 29 "Порядок осуществления государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав" и пункта 2 части 1 статьи 32 "Правила направления документов (содержащихся в них сведений), необходимых для внесения сведений в Единый государственный реестр недвижимости, в порядке межведомственного информационного взаимодействия" Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".
Как следует из представленных материалов, заявитель приобрел в 2021 году земельный участок площадью более 20 га с видом разрешенного использования "обеспечение сельскохозяйственного производства", который ранее, будучи частью другого участка, имел иное назначение - "производство сельскохозяйственной продукции", измененное постановлениями органа местного самоуправления, принятыми в 2017 и 2019 годах. В 2023 году данные постановления отменены этим же органом на основании протестов межрайонного природоохранного прокурора, и в сведения ЕГРН внесены соответствующие коррективы, касающиеся восстановления исходного вида разрешенного использования, которые признаны правомерными апелляционным определением суда общей юрисдикции, с чем согласились суды кассационной инстанции. Суды исходили из того, что изменение вида разрешенного использования земельного участка сельскохозяйственного назначения с сельскохозяйственными угодьями без одновременного изменения его категории недопустимо.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 15 (части 1 и 2), 17 (часть 1), 18, 35 (части 1 и 2), 36, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3), 75.1, 125 (часть 6), 130 и 132, поскольку они, помимо прочего, нарушают права добросовестных приобретателей, планировавших использовать земельный участок не для производства сельхозпродукции, а для размещения объектов капитального строительства (ангаров, ремонтных станций, гаражей и т.д.) согласно виду его разрешенного использования, установленному на момент приобретения.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Пункт 3 статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации, устанавливающий в качестве общего правила, что целевым назначением и разрешенным использованием образуемых земельных участков признаются целевое назначение и разрешенное использование земельных участков, из которых они образуются, призван обеспечить преемственность землепользования, которая применительно к сельскохозяйственным угодьям непосредственно связана и с вопросами продовольственной безопасности государства.
Согласно части 5 статьи 37 Градостроительного кодекса Российской Федерации, решения об изменении одного вида разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства, расположенных на землях, на которые действие градостроительных регламентов не распространяется или для которых градостроительные регламенты не устанавливаются, на другой вид такого использования принимаются в соответствии с федеральными законами. Будучи отсылочной, данная норма учитывает сферу правового регулирования названного Кодекса, использующего эти регламенты в качестве системообразующих элементов его положений.
Соответственно, указанные законоположения каких-либо конституционных прав граждан не нарушают.
Что же касается оспариваемых норм Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" (об общих основаниях для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации, о проведении правовой экспертизы, о направлении органами местного самоуправления в орган регистрации документов об установлении или изменении разрешенного использования земельного участка), то они не подменяют установленные положениями статей 34 и 61 этого Федерального закона требования об условиях внесения в ЕГРН сведений, поступивших в порядке межведомственного информационного взаимодействия (включая перечень оснований, исключающих возможность внесения таких сведений), а также об обязательном судебном порядке исправления реестровых ошибок, возникших в результате упомянутого взаимодействия, если это может причинить вред или нарушить законные интересы правообладателей, которые полагались на соответствующие записи, содержащиеся в ЕГРН.
Указанные требования в силу статьи 15 (часть 2) Конституции Российской Федерации подлежат исполнению органами государственной власти, местного самоуправления и должностными лицами, несущими - в случае нарушения ими конституционного принципа законности - соответствующую ответственность за негативные последствия для частных лиц.
С учетом изложенного оспариваемые нормы Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" сами по себе не нарушают конституционных прав заявителя, притом что представленные материалы не свидетельствуют о лишении его возможности обращения с иском о возмещении убытков, причиненных неправомерными действиями органа местного самоуправления и/или государственного органа.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, непосредственно влияющих на выбор правовых норм, подлежащих применению, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Барны Владимира Степановича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН