КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 марта 2025 г. N 756-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
БОГОМОЛОВОЙ ПОЛИНЫ ВИКТОРИИ АНДРЕЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ РЯДОМ ЗАКОНОПОЛОЖЕНИЙ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки П.В.А. Богомоловой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка П.В.А. Богомолова оспаривает конституционность следующих законоположений:
статьи 10 "Пределы осуществления гражданских прав" и пункта 2 статьи 218 "Основания приобретения права собственности" ГК Российской Федерации;
частей 1, 3 и 4 статьи 16 "Виды жилых помещений", части 1 статьи 31 "Права и обязанности граждан, проживающих совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении" и части 1 статьи 59 "Предоставление освободившихся жилых помещений в коммунальной квартире" Жилищного кодекса Российской Федерации;
частей первой, второй и десятой статьи 7.3 "Гарантии жилищных прав собственников жилых помещений и нанимателей жилых помещений в многоквартирных домах, включенных в программу реновации" Закона Российской Федерации от 15 апреля 1993 года N 4802-1 "О статусе столицы Российской Федерации";
части 1 статьи 38 Закона города Москвы от 14 июня 2006 года N 29 "Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения" о распределении освободившейся комнаты в коммунальной квартире;
части 2 статьи 15 Закона города Москвы от 11 марта 1998 года N 6 "Основы жилищной политики города Москвы" (утратил силу согласно Закону города Москвы от 27 января 2010 года N 2) о правовой судьбе освободившегося изолированного жилого помещения в коммунальной квартире.
Как следует из представленных материалов, апелляционным определением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды кассационной инстанции, удовлетворены исковые требования государственного органа о прекращении права индивидуальной собственности трех граждан, включая заявительницу, на три комнаты в пятикомнатной квартире с предоставлением им взамен в долевую собственность трехкомнатной квартиры. Суды пришли к выводам, что спорные комнаты были распределены одной семье (членом которой является П.В.А. Богомолова) по договору социального найма и перешли в порядке приватизации в общую долевую собственность в качестве единого объекта прав. После включения многоквартирного дома в программу реновации жилищного фонда участники названной долевой собственности совершили ряд последовательных сделок дарения своих долей и купли-продажи комнаты, создав в итоге видимость наличия трех отдельных жилых помещений (для разных семей). Данные действия являются злоупотреблением правом, поскольку направлены на необоснованное получение дополнительных мер социальной поддержки в жилищной сфере.
По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения, в том числе во взаимосвязи друг с другом, не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 7 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 38 (часть 1), 40 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), поскольку они позволяют судам рассматривать законное распоряжение собственником своим имуществом в качестве злоупотребления правом, принуждают граждан, относящихся к разным семьям, проживать в одной квартире, не обеспечивают реализацию критерия равноценности предоставляемого и освобождаемого жилых помещений.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, провозглашая Россию социальным правовым государством, в котором гарантируется равенство прав и свобод человека и гражданина и политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статьи 1, 7, 18 и 19), содержит предписания об охране права частной собственности, о недопустимости произвольного лишения жилища и о создании органами государственной власти и органами местного самоуправления условий для осуществления права на жилище (статьи 35 и 40).
С учетом этих конституционных требований Закон Российской Федерации "О статусе столицы Российской Федерации" закрепляет альтернативные формы обеспечения жилищных прав граждан - собственников жилых помещений в многоквартирных домах, включенных в программу реновации, в том числе предоставление им взамен - согласно частям первой и второй его статьи 7.3 - жилых помещений, равнозначных по количеству комнат и иным показателям. Кроме того, в силу части десятой той же статьи взамен освобождаемой гражданином комнаты в коммунальной квартире в многоквартирном доме, включенном в программу реновации, в качестве равнозначного жилого помещения или равноценного жилого помещения предоставляется отдельная квартира; если же освобождаемая комната в коммунальной квартире в многоквартирном доме, включенном в программу реновации, находится в общей долевой или общей совместной собственности граждан, таким гражданам предоставляются отдельные квартиры на праве общей долевой или общей совместной собственности в порядке, установленном частью двадцать первой той же статьи.
Подобный подход к замене жилых помещений, основанный на соблюдении требования о недопустимости ухудшения жилищных условий граждан, учитывает также особенности правового режима жилых помещений, что не противоречит в данном случае конституционному принципу справедливости. С изложенным согласуются и положения частей 1, 3 и 4 статьи 16, а также части 1 статьи 59 Жилищного кодекса Российской Федерации, закрепляющие, помимо прочего, понятия квартиры и комнаты и позволившие суду в деле заявительницы прийти к выводу о недопустимости признания квартиры в качестве коммунальной в связи с проживанием в ее комнатах членов одной семьи.
В свою очередь, часть 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, определяющая граждан, относящихся к членам семьи собственника жилого помещения, направлена на соблюдение баланса их интересов и, рассматриваемая в системной связи с иными законоположениями, регламентирующими жилищные гарантии, призвана обеспечить предоставление этих гарантий лишь реально нуждающимся в них лицам, что соотносится с требованием статьи 40 (часть 3) Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2024 года N 45-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2014 года N 2598-О, от 20 июля 2023 года N 2000-О и др.).
Что же касается статьи 10 ГК Российской Федерации, то ее положения, закрепляя презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 5), одновременно предусматривают недопустимость злоупотребления правом (пункт 1), развивая в этой части нашедший отражение в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации общеправовой принцип, согласно которому осуществление прав и свобод не должно нарушать права и свободы других лиц. При этом оценка поведения участников гражданско-правовых отношений, направленности заключаемых ими сделок с точки зрения соблюдения требований закона осуществляется судами не произвольно, а исходя из фактических обстоятельств конкретного дела, представленных доказательств и доводов сторон спора.
Таким образом, указанные нормы ни сами по себе, ни в отмеченной в жалобе взаимосвязи не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суды пришли к выводу о злоупотреблении ею и другими ответчиками своими правами в целях получения дополнительных мер социальной поддержки в жилищной сфере. Кроме того, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными документами не подтверждается применение в ее деле иных оспариваемых ею законоположений. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, само по себе упоминание в судебных актах тех или иных норм не может расцениваться в качестве их применения в конкретном деле (постановления от 8 декабря 2017 года N 39-П, от 15 июля 2020 года N 36-П и др.).
В компетенцию же Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", установление и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, не входят.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Богомоловой Полины Виктории Андреевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН