КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 ноября 2025 г. N 3121-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
КОЗЛОВА ИГОРЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТАМИ 1 И 2 СТАТЬИ 382, ПУНКТАМИ 1
И 2 СТАТЬИ 388 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина И.А. Козлова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин И.А. Козлов оспаривает конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской Федерации:
пункта 1 статьи 382, предусматривающего что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона;
пункта 2 той же статьи, а фактически - его абзаца первого о том, что для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором;
пункта 1 статьи 388, согласно которому уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону;
пункта 2 той же статьи, устанавливающего, что не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.
Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, И.А. Козлову отказано в удовлетворении исковых требований к банку и гражданке К. о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности ничтожной сделки. Суд, в частности, указал, что согласно заключенному кредитному договору личность кредитора не имеет для заемщика существенного значения.
По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 2, 18, 23, 24 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают возможность уступки кредитной организацией (банком) требований, вытекающих из договора потребительского кредита (займа), заключенного с физическим лицом, другому физическому лицу, не являющемуся профессиональным участником финансового рынка, в нарушение прав потребителя, без предварительного, свободного и информированного согласия заемщика - потребителя финансовых услуг, на передачу его персональных данных и сведений, составляющих банковскую тайну, такому третьему лицу, а также предполагают, что личность нового кредитора физического лица признается не имеющей существенного значения для заемщика-потребителя, что исключает необходимость получать согласие должника при уступке кредитной организацией (банком) требования по финансовому обязательству.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение абзаца первого пункта 1 статьи 382 ГК Российской Федерации, корреспондирующее нормам статьи 128 и пункта 1 статьи 129 того же Кодекса, устанавливающим общее правило об оборотоспособности требований, соответствует потребностям гражданского оборота (определения от 21 ноября 2013 года N 1827-О, от 20 марта 2014 года N 608-О и от 29 апреля 2025 года N 1065-О).
Положения пункта 2 статьи 382 ГК Российской Федерации, закрепляющие, в частности, что для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, и применяемые во взаимосвязи с иными нормами, регулирующими переход прав кредитора к другому лицу, гарантирующими соблюдение интересов должника, в том числе положениями статьи 388 данного Кодекса, направлены на обеспечение баланса сторон обязательства при переходе к другому лицу прав кредитора и не предполагают ухудшения положения стороны в обязательстве при осуществлении уступки требования (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 950-О и от 20 декабря 2016 года N 2621-О).
При этом пункт 1 статьи 388 ГК Российской Федерации обеспечивает справедливый баланс интересов сторон обязательства, стабильность гражданского оборота и упорядоченность обязательственных правоотношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года N 654-О и N 655-О, от 20 июля 2023 года N 2044-О и др.), равно как и пункт 2 данной статьи, позволяющий суду в рамках дискреционных полномочий определять, имеет ли личность кредитора существенное значение для должника в спорном правоотношении (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года N 2003-О и от 24 апреля 2018 года N 986-О).
Таким образом, оспариваемые положения не могут расцениваться в качестве нарушающих в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием которого суд исходил в том числе из того, что действовавшим на момент заключения кредитного договора законодательством не был установлен запрет на уступку прав требования третьим лицам в зависимости от видов их деятельности и что кредитный договор запрет на уступку физическому лицу не содержит, а также принял во внимание, что ранее вступившим в законную силу решением суда частично удовлетворены исковые требования кредитной организации о взыскании в том числе с заявителя задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество.
Установление же фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, выбор норм, а также проверка правильности применения оспариваемых норм с учетом указанных обстоятельств не входят в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Козлова Игоря Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН