КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2025 г. N 1408-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
МУРЗАГУЛОВА АРТУРА ТАГИРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 1079 И 1100 ГРАЖДАНСКОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.Т. Мурзагулова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин А.Т. Мурзагулов оспаривает конституционность статей 1079 "Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих" и 1100 "Основания компенсации морального вреда" ГК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, с заявителя взыскана компенсация морального вреда, причиненного истцам вследствие гибели их родственников (пассажиров транспортного средства) в дорожно-транспортном происшествии с транспортным средством, владельцем которого являлся А.Т. Мурзагулов. Суды установили, что заявитель не был виновником дорожно-транспортного происшествия, которое произошло по вине другого его участника.
По мнению А.Т. Мурзагулова, оспариваемые положения противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 7, 17 (часть 3), 19, 35 и 55 (часть 3), поскольку предполагают возложение на владельца источника повышенной опасности, невиновного в причинении вреда, обязанности компенсировать моральный вред родственникам другого владельца источника повышенной опасности, виновного в столкновении с участием транспортных средств.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает в качестве общего правила, что ответственность за причинение вреда строится на началах вины: согласно пункту 2 его статьи 1064 лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. При этом законом в исключение из данного общего правила может быть предусмотрено возложение на причинителя вреда ответственности и при отсутствии его вины, что является специальным условием ответственности.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих, в том числе связанная с использованием источника повышенной опасности, обязывает осуществляющих ее лиц к особой осторожности и осмотрительности, поскольку многократно увеличивает риск причинения вреда третьим лицам, что обусловливает введение правил, возлагающих на владельцев источников повышенной опасности - по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана, - повышенное бремя ответственности за наступление неблагоприятных последствий этой деятельности (Постановление от 10 марта 2017 года N 6-П, Определения от 4 октября 2012 года N 1833-О, от 28 сентября 2021 года N 1785-О).
Таким образом, оспариваемые положения, устанавливающие в том числе ответственность владельцев повышенной опасности за имущественный и моральным вред, причиненный третьим лицам при взаимодействии источников повышенной опасности, независимо от вины указанных владельцев, обеспечивают баланс конституционно защищаемых целей и ценностей, к каковым относятся, в частности, право на жизнь и право на охрану здоровья (статья 20, часть 1; статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации), и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.
При этом в целях достижения справедливого баланса прав и обязанностей участников соответствующих правоотношений размер компенсации морального вреда может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения гражданина - причинителя вреда, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (пункт 3 статьи 1083 ГК Российской Федерации), а также в силу требований разумности и справедливости (абзац первый пункта 2 статьи 1101 ГК Российской Федерации).
Кроме того, охрана имущественного интереса владельца источника повышенной опасности, осуществившего компенсацию морального вреда третьим лицам, которым причинен вред в результате взаимодействия источников повышенной опасности, обеспечивается правом такого лица требовать от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во вредоносном их взаимодействии, доли выплаченной компенсации в размере, соответствующем степени вины причинителей вреда (пункт 3 статьи 1079 и пункт 2 статьи 1081 ГК Российской Федерации). Не исключен и переход указанной обязанности к правопреемникам умерших владельцев источников повышенной опасности в пределах стоимости принятого наследства.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, дающих основания для снижения размера компенсации морального вреда, а также определение вины каждого из сопричинителей вреда не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мурзагулова Артура Тагировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН