КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 октября 2025 г. N 2660-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
БЕРЕЖНОГО ВИТАЛИЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 330 И ЧАСТЬЮ ПЯТОЙ СТАТЬИ 348
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.А. Бережного к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В рамках рассмотрения уголовного дела в отношении гражданина В.А. Бережного постановлением председательствующего судьи от 28 июля 2022 года вердикт присяжных был признан несостоявшимся, а сама их коллегия - распущена с назначением нового судебного разбирательства.
В частности, при принятии указанного решения судья исходил из того, что ему 26 июля 2022 года старшиной коллегии присяжных был передан вопросный лист с внесенными в него ответами для проверки в порядке части второй статьи 345 УПК Российской Федерации на предмет отсутствия неясностей или противоречий, однако до его возврата старшине присяжных обнаружилось, что - как сообщено государственными обвинителями - в сети Интернет уже появилась информация о вынесении в отношении подсудимого оправдательного вердикта. При этом содержание ответов на вопросы и вид подлежащего провозглашению в зале суда вердикта могли быть известны только лицам, входящим в состав сформированной коллегии присяжных заседателей. В данной связи судьей был сделан вывод, что появление указанной информации относительно еще не вынесенного и не провозглашенного вердикта является юридически значимым обстоятельством, свидетельствующим о нарушении тайны совещания присяжных, о несоблюдении кем-то из данных лиц соответствующей обязанности и, как следствие, об утрате их коллегией беспристрастности.
В дальнейшем - после заявления председательствующим судьей самоотвода и изменения по ходатайству потерпевшей территориальной подсудности уголовного дела Верховным Судом Российской Федерации - приговором другого суда, основанным на обвинительном вердикте вновь сформированной коллегии присяжных заседателей, В.А. Бережной был осужден за совершение ряда преступлений к окончательному наказанию в виде пожизненного лишения свободы.
Правосудность данного судебного решения подтверждена определением апелляционного суда общей юрисдикции и кассационным постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации. При этом суды отвергли доводы стороны защиты о незаконности роспуска предыдущей коллегии присяжных и о том, что председательствующий судья таким образом неправомерно не допустил оглашения оправдательного вердикта. Констатировано, что вышеописанная ситуация с раскрытием информации о содержании ответов по еще не провозглашенному вердикту обоснованно поставила под сомнение объективность и беспристрастность всей коллегии присяжных; кроме того, согласно статье 345 УПК Российской Федерации вопросный лист становится вердиктом и подлежит провозглашению лишь после его подписания председательствующим судьей и старшиной коллегии присяжных, при этом данный документ должен содержать ясные, непротиворечивые ответы на поставленные вопросы, тогда как переданный председательствующему вопросный лист исходя из его содержания указанным требованиям не соответствовал, вследствие чего присяжным надлежало предложить возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений; к тому же, как установлено при изменении территориальной подсудности уголовного дела, в период его рассмотрения на присяжных систематически оказывалось воздействие через средства массовой информации, в которых подробно освещались ход и результаты расследования и рассмотрения уголовного дела, а также высказывались мнения относительно законности сбора доказательственной базы.
В.А. Бережной просит признать не соответствующими статьям 1, 2, 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17 - 19, 24, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 2), 49, 50 (части 2 и 3), 55 (части 1 и 3), 72 (пункты "а", "в" части 1), 120 и 123 (части 3 и 4) Конституции Российской Федерации статью 330 "Роспуск коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава" и часть пятую статьи 348 "Обязательность вердикта" УПК Российской Федерации.
По его утверждению, данные нормы нарушают его права, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, во взаимосвязи со статьями 324, 332, 341 - 343 того же Кодекса позволяют без надлежащего исследования обстоятельств дела принимать решение о роспуске коллегии присяжных после вынесения ими вердикта, но до его провозглашения в отсутствие надлежащей процедуры для такого роспуска и установленных законом доказательств разглашения тайны совещания присяжных.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
По смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 4), 17 (часть 1), 47, 118 (часть 1), 120 (часть 1) и 123 (часть 4), одним из неотъемлемых свойств права на судебную защиту и необходимым условием справедливого судебного разбирательства является право на объективный суд, предполагающее, что принципиальное требование беспристрастности суда распространяется как на профессиональных судей, так и на входящих в состав суда присяжных заседателей (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25 марта 2008 года N 6-П, от 19 апреля 2010 года N 8-П и др.).
В свете этого процессуальные правила принятия судебных актов, в том числе судом с участием присяжных заседателей, должны содержать институциональные и процедурные механизмы, позволяющие обеспечить вынесение судебного решения, отвечающего критериям справедливости, по результатам объективного разбирательства дела судом, независимость и беспристрастность которого не должны подвергаться обоснованному сомнению ни с субъективной точки зрения участников судопроизводства, ни с объективной точки зрения, выражающей публичный интерес в авторитетной и пользующейся доверием общества судебной власти, решения которой, выносимые именем Российской Федерации, должны быть не только формально законными, но и легитимными, т.е. восприниматься как справедливые, беспристрастные и безупречные, а следовательно, служащие целям эффективной судебной защиты (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 9 ноября 2018 года N 39-П и от 7 июля 2020 года N 33-П).
В свою очередь, в целях формирования беспристрастного, независимого состава коллегии присяжных заседателей, что выступает одним из важнейших средств обеспечения конституционных гарантий справедливого правосудия, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в числе прочего закрепляет правила составления предварительного списка присяжных (статья 326), предусматривает выяснение обстоятельств, препятствующих участию кандидатов в качестве присяжных заседателей (части третья - шестая статьи 328), их самоотводы, мотивированные и немотивированные отводы (часть пятая статьи 327, части седьмая - шестнадцатая статьи 328), отстранение (часть четвертая статьи 333), а также возможность роспуска всей коллегии присяжных (статья 330 и часть пятая статьи 348).
В частности, согласно указанному Кодексу присяжные, приступая к исполнению обязанностей, присягают исполнять их честно и беспристрастно, принимать во внимание все рассмотренные в суде доказательства, как уличающие подсудимого, так и оправдывающие его, разрешать уголовное дело по своему внутреннему убеждению и совести, не оправдывая виновного и не осуждая невиновного, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку (часть первая статьи 332); присяжные не вправе высказывать свое мнение по рассматриваемому уголовному делу до обсуждения вопросов при вынесении вердикта, общаться с лицами, не входящими в состав суда, по поводу обстоятельств этого дела, собирать сведения по делу вне судебного заседания, а также нарушать тайну совещания и голосования по поставленным перед ними вопросам (пункты 2 - 5 части второй статьи 333); совещание, голосование и вынесение присяжными вердикта осуществляются в совещательной комнате, присутствие в которой иных лиц, за исключением коллегии присяжных, не допускается; при этом присяжные не могут разглашать суждения, имевшие место во время совещания (части вторая и четвертая статьи 341); нарушение тайны совещания коллегии присяжных заседателей при вынесении вердикта является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим пересмотр судебного решения (пункт 8 части второй статьи 389.17).
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, тайной совещательной комнаты охватываются такие суждения суда и другие сведения, касающиеся существа и обстоятельств уголовного дела и вопросов, разрешаемых судом в совещательной комнате при вынесении приговора или иного судебного решения, распространение которых может помешать принятию решения по собственному убеждению, поставить под сомнение объективность и самостоятельность суда, справедливость и безупречность судебного решения как акта правосудия (определения от 25 октября 2018 года N 2741-О, от 6 декабря 2018 года N 3105-О, от 29 сентября 2022 года N 2135-О и др.).
Следовательно, факты нарушения тайны совещания присяжных не могут быть оставлены председательствующим судьей без внимания и надлежащего реагирования, когда в ходе судебного разбирательства приводятся доводы и сведения о подобных нарушениях уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о возможной утрате присяжными беспристрастности и выступающих основанием для последующей отмены судебного решения, вынесенного на основании вердикта такой коллегии присяжных.
При этом по смыслу предписаний уголовно-процессуального закона, устанавливающих общие требования к определениям суда, постановлениям судьи, прокурора, следователя, дознавателя, которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть четвертая статьи 7 УПК Российской Федерации), мотивировка судебных решений во всяком случае должна основываться на рассмотрении конкретных и достоверных фактов и обстоятельств, нашедших отражение в материалах дела и в дополнительно представленных сторонами материалах, а также на нормах материального и процессуального права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 1009-О-О, от 29 сентября 2016 года N 1946-О, от 19 декабря 2019 года N 3283-О и др.). Соответственно, принимаемое председательствующим судьей решение об отстранении кого-либо из присяжных либо о роспуске их коллегии в целом не может носить произвольный и безосновательный характер.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, провозглашая идею справедливости как основополагающую и гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод, Конституция Российской Федерации не исключает, а, напротив, предполагает возможность исправления судебных ошибок, что вытекает из предназначения правосудия обеспечивать восстановление в правах при помощи справедливого судебного решения (постановления от 11 мая 2005 года N 5-П, от 16 декабря 2021 года N 53-П, от 17 декабря 2024 года N 58-П и др.).
Поскольку вердикт, вынесенный присяжными в условиях явного нарушения тайны совещания, порождает неустранимые сомнения в своей объективности и безупречности, постольку он не может рассматриваться как справедливый акт правосудия и подлежит аннулированию, а сама коллегия присяжных - роспуску, что не может расцениваться в качестве нарушения прав. Напротив, обязательность для председательствующего судьи такого вердикта и постановление на его основе приговора противоречили бы самой идее правосудия как справедливого и эффективного средства защиты прав.
Кроме того, основанием для отвода кандидатов или роспуска коллегии присяжных заседателей может также служить их информированность о преступлении из непроцессуальных источников, которая в силу своего характера и объема негативным образом влияет на формирование внутреннего убеждения присяжных заседателей при вынесении вердикта по делу (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года N 8-П).
Во всяком случае продолжение рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных при констатации утраты ими объективности и беспристрастности оказывалось бы еще и бессмысленным, поскольку статья 389.17 УПК Российской Федерации относит нарушение тайны совещания коллегии присяжных при вынесении вердикта, как и вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей, к числу безусловных оснований для пересмотра приговора в апелляционном порядке (пункты 2 и 8 части второй). Также не исключается пересмотр приговора, постановленного с участием присяжных, при наличии иных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые из-за несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли либо могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения (часть первая той же статьи). Таковыми, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, могут быть признаны и нарушения, затрагивающие независимость и самостоятельность присяжных в решении вопросов, отнесенных к их полномочиям (Постановление от 27 сентября 2022 года N 35-П).
Таким образом, оспариваемые положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации - не предполагающие вынесение вердикта необъективной коллегией присяжных, как и принятие решения о ее роспуске произвольным образом, - не могут расцениваться в качестве нарушающих права заявителя в указанном им аспекте. К тому же защита прав обвиняемого (подсудимого) обеспечивается всей совокупностью процессуальных средств, включая новое рассмотрение уголовного дела, а также проверку судебного решения вышестоящими судами.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бережного Виталия Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН