КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 октября 2025 г. N 2735-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
Ч. НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 309
И ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ 401 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЧАСТЬЮ 1 СТАТЬИ 20 И ЧАСТЬЮ 3
СТАТЬИ 55 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ОСНОВАХ ОХРАНЫ ЗДОРОВЬЯ
ГРАЖДАН В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ", ПУНКТАМИ 1 - 4 СТАТЬИ 14
ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Ч. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Ч. просит признать не соответствующими статьям 2, 17 - 19, 21 - 24, 41, 46 и 55 Конституции Российской Федерации следующие положения:
статью 309 и пункт 2 статьи 401 ГК Российской Федерации - как позволяющие судам произвольно квалифицировать деликтные обязательства в качестве договорных обязательств, что, по мнению заявителя, понижает уровень гарантий защиты прав потерпевших;
часть 1 статьи 20 и часть 3 статьи 55 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" - как допускающие применение вспомогательных репродуктивных технологий, в результате которого гражданин становится биологическим отцом, в отсутствие его информированного добровольного согласия, позволяя судам оправдывать применение соответствующих технологий предшествующими намерениями и последующими действиями указанного гражданина;
пункты 1 - 4 статьи 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" - как гарантирующие возмещение вреда лицам, которым причинен вред противоправными действиями исполнителя услуг, не состоящего с ними в договорных отношениях, исключительно в случае причинения вреда их жизни, здоровью и имуществу, лишая указанных лиц права на защиту иных правомерных интересов.
Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, по иску Ч. с медицинской организации взыскана компенсация морального вреда, причиненного в связи с применением в отношении гражданки Т. вспомогательных репродуктивных технологий без получения добровольного информированного согласия заявителя, в результате чего он стал биологическим отцом двух детей. При этом размер компенсации морального вреда снижен судами по сравнению с заявленным в иске с учетом предшествующего и последующего поведения истца, который, в частности, ранее дважды давал согласие на применение вспомогательных репродуктивных технологий в отношении Т., неоднократно участвовал в процедурах лечения ее бесплодия, а после рождения детей добровольно установил отцовство. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, отказано в передаче кассационной жалобы Ч. для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 309 "Общие положения" ГК Российской Федерации, закрепляющая принцип надлежащего исполнения обязательств и устанавливающая требования, которым должно соответствовать исполнение обязательства, а также пункт 2 статьи 401 "Основания ответственности за нарушение обязательства" того же Кодекса, предусматривающий презумпцию вины лица, нарушившего обязательство, направлены на обеспечение прав и законных интересов участников гражданских правоотношений, не содержат каких-либо положений, позволяющих произвольно квалифицировать обязательства, и не лишают потерпевших в обязательствах, возникших из причинения вреда, в том числе в результате ненадлежащего оказания услуг, каких-либо гарантий, а потому не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.
В силу части 1 статьи 20 "Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и на отказ от медицинского вмешательства" Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" дача указанного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи является необходимым предварительным условием медицинского вмешательства. Часть 3 статьи 55 "Применение вспомогательных репродуктивных технологий" Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" конкретизирует упомянутую общую норму, закрепляя, в частности, что мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.
Соответственно, приведенные положения не содержат какой-либо неопределенности в указанном Ч. аспекте и не могут быть признаны нарушившими его конституционные права в конкретном деле, в котором суды, частично удовлетворяя иск заявителя о взыскании компенсации морального вреда, согласились с незаконностью применения ответчиком вспомогательных репродуктивных технологий в отсутствие добровольного информированного согласия заявителя.
Что касается пунктов 1 - 4 статьи 14 "Имущественная ответственность за вред, причиненный вследствие недостатков товара (работы, услуги)" Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", то они предусматривают дополнительные гарантии защиты прав потерпевших, в том числе лиц, не состоявших в договорных отношениях с продавцом (исполнителем), в случае причинения им вреда вследствие недостатков товаров (работ, услуг), не ограничивают как-либо возможность возмещения имущественного и морального вреда на общих основаниях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, и также не нарушают конституционных прав заявителя.
Доводы, приведенные в жалобе Ч., свидетельствуют о том, что заявитель, по существу, выражает несогласие лишь с размером взысканной в его пользу компенсации морального вреда. Между тем оценка того, соответствует ли размер компенсации морального вреда установленным в конкретном деле фактическим обстоятельствам, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ч., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН