КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 31 марта 2026 г. N 746-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
БАЛЫКИНА ЕГОРА ВИКТОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ПУНКТАМИ 2 И 3 СТАТЬИ 37, СТАТЬЕЙ 205 ГРАЖДАНСКОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЧАСТЬЮ 1 СТАТЬИ 20
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ОПЕКЕ И ПОПЕЧИТЕЛЬСТВЕ",
А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 56 ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Е.В. Балыкина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Е.В. Балыкин оспаривает конституционность пунктов 2 и 3 статьи 37 "Распоряжение имуществом подопечного", статьи 205 "Восстановление срока исковой давности" ГК Российской Федерации, части 1 статьи 20 "Особенности распоряжения недвижимым имуществом, принадлежащим подопечному" Федерального закона от 24 апреля 2008 года N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве", а также части первой статьи 56 "Обязанность доказывания" ГПК Российской Федерации.
Из представленных материалов следует, что суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК Российской Федерации, и отменив решение суда общей юрисдикции, отказал в удовлетворении требований Е.В. Балыкина и его матери, направленных на отмену разрешения органа опеки и попечительства на отчуждение доли Е.В. Балыкина в праве собственности на жилое помещение, признание договора купли-продажи этой доли недействительным и признание ее за Е.В. Балыкиным.
Суд апелляционной инстанции указал, что мать Е.В. Балыкина после отчуждения доли в праве собственности обеспечила сына другим жилым помещением и что, согласно договору купли-продажи, расчеты между сторонами осуществлены до его подписания. Доводы Е.В. Балыкина и его матери о недействительности в силу пункта 3 статьи 37 ГК Российской Федерации договора, как заключенного с ее сестрой - гражданкой К., суд апелляционной инстанции отклонил, сославшись на то, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК Российской Федерации). Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что истцы пропустили срок исковой давности, о чем заявлено К. и органом опеки и попечительства, и не согласился с доводами истцов, ссылавшихся на длительное лечение матери Е.В. Балыкина, о пропуске срока исковой давности по уважительной причине. В передаче кассационной жалобы Е.В. Балыкина на определение суда апелляционной инстанции и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.
По мнению заявителя, пункты 2 и 3 статьи 37 ГК Российской Федерации и часть 1 статьи 20 Федерального закона "Об опеке и попечительстве" противоречат статьям 7, 38 (части 1 и 2) и 40 Конституции Российской Федерации, поскольку они позволяют безвозмездно отчуждать недвижимое имущество несовершеннолетнего при условии, что на это получено согласие органа опеки и попечительства, а сделка удостоверена нотариусом, а статья 205 того же Кодекса - как не подлежащая применению даже в случае явно ненадлежащего исполнения законным представителем несовершеннолетнего ребенка полномочий, а именно в описанной ситуации.
Нарушение частью первой статьи 56 ГПК Российской Федерации своих прав, гарантированных статьями 15, 18, 19 (часть 1), 45 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, Е.В. Балыкин усматривает в том, что она допускает возложение на сторону обязанности доказать отрицательный факт, в частности то, что покупатель не оплатил жилое помещение.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что закрепленный положениями гражданского и семейного законодательства в их взаимосвязи специальный порядок совершения родителями как законными представителями своих несовершеннолетних детей сделок с принадлежащим детям имуществом направлен на защиту прав и интересов несовершеннолетних и не может рассматриваться как нарушающий статью 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации (Постановление от 8 июня 2010 года N 13-П; определения от 6 марта 2003 года N 119-О, от 26 июня 2025 года N 1720-О и др.).
Статья 205 ГК Российской Федерации, позволяя суду в рамках дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия, определять, является ли уважительной причина пропуска истцом срока исковой давности, обеспечивает защиту прав граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2023 года N 903-О, от 29 апреля 2025 года N 998-О и др.). В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства; в исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 того же Кодекса) (абзацы первый и второй пункта 2 постановления от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
Таким образом, оспариваемые нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона "Об опеке и попечительстве", в том числе с учетом предполагаемой добросовестности родителей по отношению к детям (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года N 13-П, от 1 февраля 2019 года N 7-П и др.), не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.
Положения статьи 56 ГПК Российской Федерации, включая ее часть первую, конкретизируют предписания статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации об осуществлении судопроизводства на основе состязательности сторон и, наделяя суд необходимыми для осуществления правосудия и вытекающими из принципа самостоятельности судебной власти дискреционными полномочиями - которые не могут осуществляться судом в противоречии с законом, - обеспечивают вынесение законного и обоснованного судебного решения (статья 195 данного Кодекса). Статья 56 ГПК Российской Федерации тем самым не допускает произвольного распределения судом бремени доказывания обстоятельств, лежащих в основе требований истца и возражений ответчика. Гарантией соблюдения судом указанных правил являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений судами вышестоящих инстанций и основания для их отмены или изменения. Соответственно, часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации также не может расцениваться в качестве нарушающей перечисленные в жалобе конституционные права заявителя.
Кроме того, доводы, приведенные в обоснование обращения, свидетельствуют, что нарушение конституционных прав Е.В. Балыкин связывает не с содержанием оспариваемых норм, а с выводами судов, исходивших, в частности, из наличия в материалах дела письменного доказательства оплаты жилого помещения покупателем, с чем он выражает несогласие.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Балыкина Егора Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН