Судебная практика по арбитражному законодательству

доводы кассационной жалобы не подтверждают наличие оснований, предусмотренных статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для рассмотрения дела в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и пересмотра обжалуемых судебных актов, поскольку не позволяют сделать вывод о том, что при рассмотрении дела допущены нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера.

Основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

доводы кассационной жалобы не подтверждают наличие оснований, предусмотренных статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для рассмотрения дела в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и пересмотра обжалуемых судебных актов, поскольку не позволяют сделать вывод о том, что при рассмотрении дела допущены нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера.

доводы кассационной жалобы не подтверждают наличие оснований, предусмотренных статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для рассмотрения дела в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и пересмотра обжалуемых судебных актов, поскольку не позволяют сделать вывод о том, что при рассмотрении дела допущены нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера.

статью 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации и статью 96 "Право на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации" Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", как препятствующие гражданину обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с требованием о проверке конституционности нормативных положений, которые подлежали применению в конкретном деле, однако не были применены либо применены неправомерно;

Положения частей 3 и 4 статьи 170, пунктов 5, 9 - 13 части 2 статьи 271, пунктов 5, 9 - 13 части 2 статьи 289 и пункта 5 статьи 2918 АПК Российской Федерации, устанавливая требования к содержанию судебных актов, принимаемых арбитражными судами первой, апелляционной и кассационной инстанций, тем самым закрепляют одну из фундаментальных процессуальных гарантий реализации права на судебную защиту - мотивированность судебного акта и обеспечивают принятие судом законного и обоснованного решения. Данные нормы не предполагают возможности арбитражных судов принимать немотивированные судебные акты без учета всех доводов, приведенных лицами, участвующими в деле, а потому не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.

В связи с этим В.Р. Забошта оспаривает конституционность пункта 2 статьи 97 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года N 1- ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", устанавливающего, что жалоба на нарушение нормативным актом конституционных прав и свобод допустима, если подана в срок не позднее одного года после принятия судебного решения, которым исчерпываются внутригосударственные средства судебной защиты, а в случае, если в пересмотре дела судом, решение которого обычно исчерпывает внутригосударственные средства судебной защиты по соответствующей категории дел, было отказано в связи с пропуском срока обжалования, - в срок не позднее одного года после принятия последнего судебного решения, в котором был применен соответствующий нормативный акт.